inner fight club

Прогрессивные комиссарши мира матриархата

Джина Хаспел и Элизабет Кимбер

Помнится, я как-то уже писал (лень искать ссылку), что в молодости творчество Пелевина мне не зашло. Наверное, потому, что ранний Виктор Олегович чуть более, чем полностью, состоит из жирнейшего троллинга. Каковой я году этак в 2004-м попросту не мог оценить, не будучи сведущим во многих вопросах, о коих имею представление нынче.

Теперь же, по прошествии 15-ти с хвостиком лет, я не понимаю, как можно не читать свежего Пелевина. Ибо если раннее творчество живого классика было постмодернистским троллингом, а произведения следующего периода - злободневной публицистикой, то новые романы Олеговича - это вообще чистой воды репортажи "с колёс", ведущиеся с полей информационной войны. В коих можно увидеть то, что происходит в нашем и эльфийском социумах прямо вот сегодня, и даже более того - в эту самую минуту.

Collapse )

  • Current Music
    Аквариум - Пока несут сакэ

(no subject)

.
Чудесное от sergeytsvetkov






Опыт самохарактеристики графа Ростопчина



Фёдор Васильевич Ростопчин: Граф Фёдор Васильевич Ростопчин (Растопчин) был известен своим остроумием и привычкой к хлёсткому словцу. Один из малоизвестных примеров этой отличительной особенности его яркой личности сохранился в мемуарных записках актрисы Луизы Фюзиль. Привожу их в старой орфографии. Дело относится к 1808 году.


"Одна дама совѣтовала Растопчину написать свои воспоминанія, которыя не преминули бы возбудить большой интересъ въ публикѣ. Нѣсколько дней спустя, онъ является съ маленькой рукописью. "Я повиновался вашему приказанію, сказалъ онъ, и написалъ воспоминанія; вотъ онѣ съ посвященіемъ“.


Воспоминанія графа Растопчина, писанныя имъ самимъ.


I.
„Въ 1765 году 12 Марта я вышелъ изъ тьмы къ свѣту. Меня смѣрили, свѣсили и окрестили. Я родился, не зная почему, и родители возблагодарили небо, не зная за что“ .


II. — Мое воспитаніе.
„Меня обучали разнымъ вещамъ и разнымъ языкамъ. Благодаря моему безстыдству и шарлатанству, я слылъ иногда ученымъ. Голова моя стала шкапомъ съ разрозненными книгами, ключъ отъ котораго хранился у меня“.


III. — Мои страданія.
„Меня мучили учителя, мучили портные своими узкими платьями, мучили женщины, честолюбіе, самомнѣніе, безплодныя раскаянія, властелины и воспоминанія“ .


IV. — Лишенія.
„Я былъ лишенъ трехъ великихъ наслажденій человѣческаго рода: кражи, обжорства и гордости.


V. — Достопамятныя эпохи.
„Въ тридцать лѣтъ я отказался отъ танцевъ, въ сорокъ отъ желанія нравиться прекрасному полу, въ пятьдесятъ отъ общественнаго мнѣнія, въ шестьдесятъ отъ мышленія и сталъ настоящимъ мудрецомъ или эгоистомъ, что одно и тоже".


VI. — Нравственный обликъ.
„Я упрямъ, какъ мулъ, привередливъ, какъ женщина-соблазнительница, веселъ, какъ ребенокъ, лѣнивъ, какъ сурокъ, дѣятеленъ, какъ Наполеонъ, и все это по доброй волѣ“ .



VII. — Важное рѣшеніе.
„Не умѣя владѣть лицомъ, я далъ волю своему языку и представлялся, что имѣю дурную привычку думать вслухъ; это дало мнѣ нѣсколько радостей и много враговъ“.


VIII. — Чѣмъ я былъ и чѣмъ могъ быть?
„Я былъ расположенъ къ дружбѣ и довѣрію и если бы родился въ золотой вѣкъ, могъ бы стать добрякомъ“ .


IX. — Правила, заслуживающія уваженія.
"Я никогда не путался въ сватовства и въ сплетни. Никогда не рекомендовалъ ни повара, ни доктора и слѣдовательно не покушался ни на чью жизнь“.


X. — Мои вкусы.
„Я любилъ маленькое общество, прогулку по лѣсу. Чувствовалъ невольное обожаніе къ солнцу, и его закатъ всегда наводилъ на меня грусть".


XI. — Мои отвращенія.
„Я имѣлъ отвращеніе къ глупцамъ и негодяямъ, къ женщинамъ-интриганкамъ, играющимъ въ добродѣтель; жалость къ крашеннымъ мущинамъ и нарумяненнымъ женщинамъ; отвращеніе къ крысамъ, ликерамъ, мистицизму и ревеню, ужасъ къ юстиціи и бѣшенымъ животнымъ“.


XII. — Разборъ моей жизни.
„Я жду смерти безъ страха, но и безъ нетерпѣнія. Жизнь моя дурная мелодрамма на большой сценѣ, гдѣ я игралъ героевъ, тирановъ, влюбленныхъ, благородныхъ отцовъ, но никогда не игралъ лакеевъ".


XIII. — Награды свыше.
„Мое счастье въ томъ, что я независимъ отъ трехъ людей, правящихъ Европою. Такъ какъ я довольно богатъ, къ дѣламъ повернулъ спину и равнодушенъ къ музыкѣ, то, слѣдовательно, мнѣ нечего дѣлить съ Ротшильдомъ, Меттернихомъ и Россини".


XIV. — Моя эпитафiя.


Здѣсь положили
Для отдыха
Съ пресыщенной душой,
Съ очищеннымъ сердцемъ
И съ изношеннымъ тѣломъ
Стараго преставившагося чудака.
Дамы и кавалеры, проходите мимо!


XV. — Посвященіе публикѣ.
„Публика — ты злая собака, фальшивый инструментъ страстей! Ты, поднимающаяся къ небесамъ и падающая въ грязь, проповѣдующая и клевещущая, не зная для чего. Образъ набата, собственное эхо, безсмысленный тиранъ, вырвавшійся изъ сумасшедшаго дома, экстрактъ тонкихъ ядовъ и нѣжнѣйшихъ запаховъ, представитель дьявола въ обликѣ человѣка, Фурія въ маскѣ христіанскаго милосердія; публика, которую я боялся въ молодости, уважалъ въ зрѣлыхъ годахъ и презиралъ въ старости, тебѣ посвящаю я свои воспоминанія. Наконецъ, я недостижимъ для тебя, такъ какъ мертвъ, а потому глухъ и нѣмъ; пользуйся же этими выгодами для спокойствія своего и рода человѣческаго“.





Источник





Когда у коммунистки сносит планку.



"Начэпидотряду.
Рапорт.

Довожу до Вашего сведения что мною вместе с Соколовой 12 и 13 числа был обследован приемник номер 3 на ул. Соборной и Заводской. Содержание приемника такое.
Общее количество детей говорят - 800 ч. Но это только цифры взятые с воздуха. Никто не знает точное количество. Нет никаких записей откуда дети, их фамилий; а прямо пускают с улицы, сажают немытыми за стол беспорядочно. Дети до моего прихода не мылись. Валялись на полу без коек. Лежали в изоляторе больные в своих испражнениях. Трупов по всем помещениям обнаружено 14 ч.
Отправила Соколову заявить в Губчека и трупы были увезены. Положение кошмарное. Вшей не оберешься, совершенно заедают истощенных детей.
Настоящее время положение мало-мало улучшается. Была комиссия. От Губкома тов. Опольский, от Наркомпроса не знаю кто, от Наробраза тов. Стензеньш и доктор Фейгель. От Боевого эпидотряда коммунистов записали меня - Сергееву. Составили Акт и послали его в Москву.
Теперь Опольский выписал два котла для готовки горячей пищи. Ставят Куб на 100 ведер для кипяченой воды. Чекисты делают детям нары и выписали посуды. Губком прислал 300 комплектов белья и 700 пар обуви. Детей начинают посещать воспитательницы, они распределены на несколько детей каждая. Завхоз новый, директор новый.
В изоляторе при кормлении детей теперь находятся дежурные. А до этого было замечено нами, что при раздаче пищи больным детям фельдшерица сливала детям только жидкость, а картофель и мясо поджаривала себе. Мы пригласили ее пройти с нами в отделение милиции, но она стала звать на помощь сторожа и побежала во двор. Там я догнала ее у забора и сказала что сейчас выстрелю, а дуло я ей шкуре в рот сунула, благодаря чему она упала в обморок.
О поступке своем не жалею, вины за собой не чувствую. Скажи она мне чего я-бы и сейчас выстрелила. Винтовку сдала Соколовой.

Начвзвода Сергеева А[нна].
13 дек. 1921 г."

ЦГАСО, ф. Р-2871, оп. 1, д. 18, л.171-171об.
V

Ликбез

.



28 сентября 2005 года в официальной польской газете Rzeczpospolita появилось интервью профессора Павла Вечоркевича, который сетовал по поводу упущенных для европейской цивилизации возможностей, открывавшихся, по его мнению, в случае совместного похода на Москву германской и польской армий. «Мы могли бы найти место на стороне рейха почти такое же, как Италия, и наверняка лучшее, нежели Венгрия или Румыния. В итоге мы были бы в Москве, где Адольф Гитлер вместе с Рыдз-Смиглы принимали бы парад победоносных польско-германских войск», – ничтоже сумняшеся заявлял пан профессор.

Кто захочет -  сможет найти многочисленные перепечатки этой статьи в польской прессе, где самые интересные  - многочисленные "ура-комментарии", которые высказывают горячее одобрение и всемерную поддержку пану профессору, а также высказывают надежду, что ошибку тех лет удастся исправить в ХХI веке при поддержке  гораздо более сильных, разумных и надежных (чем Гитлер) партнеров по НАТО, после чего Смоленск опять станет польским городом а польские "восточные крессы" будут простираться до самой Волги. Доставалось изрядно в комментариях и западным соседям Польши, в том числе и Чехии, за которой  гордые поляки также признавали хренову тучу долгов и необходимость

То есть Польша явно, давно и настойчиво скучает по своей собственной «Дранг нах остен» и может быть даже "Дранг нах во все стороны"

И вот тЕран осуществил немыслимое - опубликовал то, о чем совершенно спокойно рассуждают и о чем мечтают свободные граждане свободной Польши... И вот тут произошёл эпический разрыв шаблонов и дефекация кирпичами. "Да как он посмел!", "Да высветленные врёте!" - это самое приличное, что появляется ныне под сообщениями о вчерашнем уроке истории на неформальной встрече глав СНГ...

Странные люди... Когда они сами страстно призывают к подобному - это правильно и духоподъемно. Когда об этом говорит кто-то другой - это мерзко и подло...Неистовые польские патриоты даже призывают срочно формировать комитет национального спасения, ибо упоминание Путиным о неблаговидной роли Польши в период до Второй мировой войны является железобетонным подтверждением скорой агрессии России против Польши...
В связи с чем  хочется вспомнить и напомнить...
Как Польша воевала. Начало

Отличный, хорошо аргументированный текст)



И ещё на эту же тему:


Известный писатель — о том как два усача — Гитлер и Сталин обидели хорошую Европу